И всё во мне: тревога, и дорога,
и дальний путь, отсчитанный с конца,
и слов внутри мучительно так много,
и страх взрастить в себе же подлеца,
раз — пусть и безо всякого восторга —
уже выходит жить под маскою лжеца.
И неизвестность мрачною стеною
теперь сошлась вплотную предо мною.